LIA-клуб

Жил был кот Васька. Большой, рыжий, толстый, морда здоровенная, наглая, глаза зеленые, хитрые. Спал кот на диване, не гнушался сметанкой, да и против рыбки тоже ничего не имел. Как только хозяйка положит ему в миску парочку рыбешек, так он тут же к ним со всем уважением. Раз-раз - и нету. Разговаривать Васька не умел, но зато он умел думать. И думы у него были особые - кошачьи: от чего, например, зависит количество рыбок, что кладет ему в миску хозяйка, то ли от погоды, а то, может, от того, сколько птичек пролетит с утра мимо окна? Конечно, по большей части думы у кота были гастрономические и, вероятно, такими бы и остались до глубокой старости, если бы не случай.

Читать полностью »

Геннадий Долбин (Gepard)

Каменный ключ

Есть у меня сказка одна про жизнь, да про смерть, да про каменный ключ. Слыхал, нет? Сказки любишь? Ну, тогда слушай…

Далеко-далеко на западе, где горы подпирают вершинами небесную твердь, жил один король… Хотя почему, собственно, один? Вовсе не один он жил: и дворец у него был, и слуги, и богатые земли с крестьянами. Феодал - словом. Однако ж запомнил люд его как самодержца свирепого, своевольного. И войны воевал король этот не раз. И всегда с победой домой возвращался. С добычей богатой. И вот, воротившись с очередной войны, король учинил пир во дворце своем. На пиру, как водится, принял лишнего. И думает: «Уж сколь силен и могуч я, сколь непобедим, что ни один враг меня в бою не одолел, а лишний кубок вина - с ног валит! А пойду-ка я, пожалуй, спать после трудов-то ратных». Поднялся король из-за стола, окинул взглядом суровым баронов своих. Да так, что у тех кусок поперек горла встал. И, сказав «Пейте и гуляйте во славу мою!», удалился в свои покои. Читать полностью »

Геннадий Долбин (Gepard)

Одна игла

Было у матушки четыре дочки. Все умницы-разумницы, рукодельницы-затейницы, красавицы одна другой краше, но каждая — на свой лад. Первая — синеглазая, улыбалась редко, но строгая и справедливая была.  Бывало, случись спор какой али забота трудная, так все рассудит честь по чести. Вроде и строг суд, а не обидно никому. Потому как — по совести.  Вторая — голубоглазая, смешливая. Вечно болтала и хохотала без умолку. А уж непоседа-то! За кучу дел враз возьмется, а справиться со всем не может — одной-то не под силу, хорошо — сестры помогали во всем. Третья — зеленоглазая, волосы — чистый лен, а уж как песню затянет  — всяк заслушается. И на сердце тепло и светло делается. Четвертая — кареглазая, волосы рыжие, словно пламя, ей бы радоваться, ан-нет — все грустит-печалится, а порой и заплачет горько, безутешно. Сестры ее утешают, а она  все плачет и плачет, словно горе у нее. Иной раз улыбнется сквозь слезы и опять грустит-печалится. Читать полностью »